«Зажрались». Что получит Россия, отобрав у Литвы белорусские грузопотоки?

На фоне громкого разворота Белоруссии с Запада на Восток многие наблюдатели обратили внимание на парадокс: с одной стороны, страны Балтии первыми вводят против Минска санкции, в том числе персональные, а с другой, продолжают неплохо зарабатывать на транзите белорусских грузов через свои порты в Балтийском море. Александра Лукашенко такая ситуация возмущает. «Я поручил правительству внести предложение о переориентации всех торговых потоков с портов Литвы на другие, — сообщил он в конце августа, комментируя польские и прибалтийские санкции против Белоруссии. — Вот мы и посмотрим, как они будут жить. 30% литовского бюджета формируют наши грузопотоки через Литву. Что еще надо? Зажрались. Поэтому поставим на место».

Кто девушку ужинает…

«Беларусь является важным партнером железнодорожной компании Lietuvos geležinkeliai и Клайпедского порта», — признавал премьер-министр Литвы Саулюс Сквернялис. 30% грузооборота этого порта составляли белорусские грузы, а среди насыпных грузов их доля достигала почти 100%, благодаря продукции «Беларуськалия». Только в 2019 году через порт Клайпеды прошли 15,5 млн тонн грузов из РБ. В частности, Клайпедский терминал насыпных грузов перегрузил 9,8 млн тонн калийных удобрений. Между тем, по некоторым оценкам, Клайпедский порт обеспечивает 6-7% ВВП Литвы и дает работу в общей сложности 58 тыс. человек. Банкротство порта стало бы для республики катастрофой. Недаром тот же Сквернялис уверял публику: «Более эффективного, дешевого и экономически выгодного пути для белорусских грузов, чем через Клайпедский порт, нет».

Всё верно, но мир так устроен, что зачастую политика начинает диктовать свои условия экономике. А политика эта сводится к известной в народе формуле: «Кто девушку ужинает, тот ее и танцует».

«Россия много лет предлагала Беларуси переводить свои экспортные потоки на российские порты, это касается как нефтепродуктов, так и калийных удобрений, и всего остального, — цитирует агентство „Спутник“ эксперта российского Фонда национальной энергетической безопасности Станислава Митраховича. — У нас есть в регионе как минимум Усть-Луга, это очень крупный современный порт. Есть Приморск. Но Беларусь долгое время не соглашалась с тем, чтобы отказываться от кооперации с Литвой».

Однако сейчас, похоже, для такого отказа настал удачный момент. В российском правительстве уже решили «ковать железо, пока горячо». Россия и Беларусь до конца сентября проработают взаимовыгодные условия переброски белорусских нефтепотоков из портов Литвы в российские, свободные мощности у РФ для этого есть, рассказал недавно журналистам глава Минэнерго РФ Александр Новак. По его словам, новые маршруты должны быть выгодны всем — и портам, и перевозчикам, и производителям.

В среду 16 сентября Александр Лукашенко подтвердил: на встрече в в Сочи он заявил Владимиру Путину о готовности Минска переориентировать свои грузопотоки с портов Балтии на Россию. «Я ему сказал прямо: если вы предложите такие условия, как мы имеем в Прибалтике, нам все равно. Зная, что я еще не улетел из Сочи, он дал распоряжение все это посчитать и провести на сей счет переговоры», — цитирует белорусского лидера Sputnik Беларусь.

Кто заплатит за удовольствие?

О перспективах этих переговоров и выгодах России от переключения белорусских грузопотоков АиФ.ru поговорил с политологом, директором Фонда национальной энергетической безопасности Константином Симоновым.

Виталий Цепляев, АиФ.ru: Константин Васильевич, похоже, для России представился удачный момент, чтобы убедить Белоруссию наконец переключить свои транспортные потоки с прибалтийских на российские порты. Как минимум, с политической точки зрения это выглядит оправданным?

Константин Симонов: Политически вопрос достаточно ясен. Вспомните, например, ситуацию с поставками сжиженного природного газа из США на европейский рынок. Американцы прямо говорят европейцам: да, наш газ дороже. Но это правильный, хороший газ, в нем есть молекулы свободы, не то что в российском… Поэтому вы и должны заплатить за него больше. США не субсидируют европейцев, они заставляют их платить за свои поставки.

Что в этом смысле происходит у нас с белорусами? Решения, которых мы от них добились и добиваемся, они абсолютно правильные. Но есть один нюанс: Белоруссия за них обычно не платит, платить в итоге приходится нам.

Понятно, что литовские порты для Белоруссии ближе, чем российские. Соответственно, экономически, логистически это более выгодный для них вариант. И если Лукашенко будет переключать экспортные потоки на нашу Усть-Лугу, ему придется как-то компенсировать возросшие затраты на логистическую составляющую, потому что увеличится транспортное плечо. И возникнет вопрос — а за счет чего он будет это делать? Денег-то у него нет. И попросить их, кроме как у Москвы, ему негде. В этом и состоит основная проблема. Может оказаться так, что мы сейчас выдадим кредит Белоруссии, и на эти деньги она будет осуществлять, в том числе, переориентацию потоков на российские порты. А потом встанет большой вопрос — как мы будем этот кредит возвращать.

Кроме того, не будем забывать, что Усть-Луга — частный порт. Соответственно, прибыль от белорусского транзита там будут получать частные лица, а издержки на обеспечение этого транзита, получается, оплатит государство.

Есть и еще один нюанс. Прибалты тоже не будут спокойно смотреть на то, что у них забирают такой лакомый кусок. И могут принять ответные меры. Скажем, Белорусская АЭС (её запуск запланирован на 7 ноября. — Авт.) строилась во многом под экспортные поставки тем же прибалтам. И если Минск сейчас лишит транзита балтийские порты, то страны Балтии могут закрыть для него свой энергетический рынок. Возникнет вопрос, куда Белоруссии девать лишнюю электроэнергию?

— Получается, решение о переводе транзита в российские порты в целом верное, но у него есть «отдельные недостатки»?

— Можно вспомнить другое подобное верное решение — о повышении стоимости газа для Белоруссии. Да, мы выставили им ценник 127 долларов за 1000 кубометров — очень выгодная стоимость для нас в 2020 году. Весной и летом она была даже выше средней цены поставок Газпрома в Европу, при более короткой транспортировке. В европейских хабах цена опускалась тогда до 40 и даже до 30 долларов за 1000 кубов. Ну и что? Белоруссия в итоге накопила долг по оплате газа — под 350 млн долларов. И сейчас мы выдаем кредит, из которого она будет этот долг оплачивать. С одной стороны, конечно, хорошо, что эти деньги не пойдут на «золотой парашют» для Лукашенко, а так или иначе вернутся в российский бюджет. С другой, получается, что никакой особой выгоды от повышения цены мы не имеем.

— В нынешней сложной ситуации Минск, скорее всего, и так бы обратился к Москве за финансовой помощью. Может, действительно, не так уж и плохо, что часть этих кредитов будет потрачена на какие-то стратегически выгодные для России вещи?

— Я согласен. Если рассматривать финансовые вливания в Белоруссию как неизбежность, то, конечно, лучше, что эти деньги пойдут не куда-то, а на оплату российского газа и на переориентацию грузопотоков на порты в Ленинградской области. В этом есть логика. Это точно лучше, чем повторить ситуацию 2013 года, когда мы дали 3 млрд Януковичу и до сих пор не знаем, куда они исчезли. Если уж мы решили, что нам пока придется тянуть эту белорусскую лямку, то пусть вложенные деньги хоть как-то возвращаются к нам.

Ваш комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.